В Курултае прошёл круглый стол по развитию кооперативов ЛПХ. Партия ОСДП и депутат Максут Насибулов представили модель «экономически самостоятельного села», ядром которой должен стать специальный закон.
16 октября в здании Курултая собрались чиновники, депутаты, учёные, фермеры и сельские жители. Тема - «Создание условий для личных подсобных хозяйств и необходимость развития кооперативов ЛПХ». Модератором выступил депутат Курултая Максут Насибулов, а сама повестка - продолжение линии ОСДП на возвращение внимания государства к селу.
Главный вывод встречи: ЛПХ давно не «второстепенный сектор». По данным Минсельхоза, они дают около 61% молока и 44% мяса в стране. При этом статуса для получения грантов, лизинга и субсидий у них фактически нет.
Тема не новая: ранее по проблемам ЛПХ уже был озвучен депутатский запрос от фракции ОСДП. Круглый стол стал следующим шагом - площадкой, где свою точку зрения высказали не только чиновники, фермеры и жители села, но и учёные.
«Не двор поддержать, а село вырастить!»
Открывая обсуждение, Максут Насибулов сформулировал задачу жёстко: цель - не помочь отдельному двору, а создать экономически самостоятельное село.
Партия предлагает создавать кооперативы именно личных подсобных хозяйств, не смешивая их с крупными агрокомпаниями. У одного двора несколько коров, у другого овцы, у третьего птица, у четвёртого теплица. «По отдельности - небольшое хозяйство, вместе - экономика села», - подчеркнул депутат.
Ключевые элементы модели ОСДП:
- Земля остаётся государственной, но передаётся кооперативу ЛПХ в доверительное управление. Кооператив получает не право распоряжаться землёй, а обязанность эффективно её использовать и сохранять.
- Специализацию села выбирают сами жители на сходе: молочное или мясное животноводство, овцеводство, птицеводство, теплицы, рыбоводство, переработка.
- Государственные гранты - под результат: сколько гектаров пастбищ восстановлено, сколько сена заготовлено, сколько дворов подключено.
- Добавленная стоимость остаётся в селе: от продажи сырья - к переработке, вплоть до превращения навоза в органические удобрения.
Самый наглядный аргумент - арифметика сена. Сегодня селянин покупает его примерно за 50 тысяч тенге за тонну. По предварительной модели, кооператив, который сам занимается подсевом многолетних трав, поливом и заготовкой, способен снизить себестоимость до 10–12 тысяч. Даже с наценкой около 50% это в разы дешевле рынка
«Селянина не нужно заставлять вступать в кооператив. Он сам увидит, зачем платить 50 тысяч», - сказал Насибулов.
Итог своей концепции депутат уложил в формулу: от ЛПХ - к кооперации, от деградации земель - к восстановлению, от субсидий - к инвестициям, от решения чиновника - к решению сельского сообщества.
5 500 на бумаге, 900 в жизни
Позицию государства представила директор Департамента стратегического планирования и анализа Минсельхоза Айнур Ардабаева. Цифры, впечатляющие: за пять лет число зарегистрированных кооперативов, выросло на 84% - до 5 500, производство удвоилось, поголовье увеличилось на 52,5%.
Но следом прозвучало признание: по данным акиматов, реально действуют лишь около 900 кооперативов. Причины - страх перед «наследием коллективизации», удалённость друг от друга и нехватка управленческих компетенций.
Выход Минсельхоз видит в «якорной кооперации», когда крупный переработчик обеспечивает гарантированный сбыт. Сегодня так работают около 38% действующих кооперативов, а соответствующие поправки уже внесены в Курултай и обсуждаются в рабочих группах. Участникам предложили направлять свои замечания в эти группы. Представитель ведомства также напомнил о мерах поддержки: доплата 20 тенге за килограмм сданного молока, 200 тенге за килограмм живого веса молодняка (около 50 тысяч за голову), программа «Auyl Amanaty» с кредитами для кооперативов до 8 000 МРП - около 35 млн тенге. За восемь месяцев на кооперативы направлено 3,2 млрд тенге.
«Покажите мне якорь!»
Именно здесь разговор стал по-настоящему острым. Приглашённый ОСДП житель Целиноградского района Даулет Касенбаев, который сам ведёт три ЛПХ, задал вопросы, на которые у цифр нет ответа:
Где якорь? «Куда я сейчас сдаю бычков? Куда молоко? Шерсть лежит на улице. Кто обязан организовать якорного переработчика?» Сегодня, по его словам, скот уходит посредникам, без каких-либо гарантий.
Где пастбища? В отчётах они «общественные», а по факту рядом пасутся табуны юридических лиц, порядка десяти хозяйств. Данные о нагрузке на пастбища селянам получить не удаётся.
Зачем кооператив без кормовой базы? Зарегистрировать его можно, но корма заготавливаются самостоятельно, привозятся из других районов, а земли, которые когда-то селяне передали в аренду хозяйствам, остаются в чужих руках. Сходные проблемы назвал начинающий фермер, агроном Саят Отегенов: льготные кредиты требуют залога в виде недвижимости или депозита, которого у молодого человека нет. В итоге молодёжь уезжает в города, а земля концентрируется у крупных игроков. Его предложения: гарантии и поручительства вместо залога, налоговые льготы и упрощённая отчётность для малых хозяйств, доступные пастбища рядом с селом и прозрачная работа акиматов.
Земля: цифры и реальность
О земельной политике рассказал представитель Комитета по управлению земельными ресурсами Минсельхоза Даулет Бижанов. По его данным, в госсобственность уже возвращено порядка 15,6 млн гектаров земель, 13,5 млн гектаров перераспределено, из них 5,15 млн гектаров рядом с населёнными пунктами передано местным жителям для выпаса скота в приоритетном порядке. Дефицит пастбищ, по официальной статистике, сократился более чем вдвое.
На этом фоне Максут Насибулов напомнил, что партия строит позицию иначе: «Все наши документы исходят из того, что говорят сельчане. Мы сами изучаем, встречаемся с людьми». Разрыв между красивыми отчётами и тем, что видят жители, он назвал главной причиной, по которой политика в отношении села нуждается в пересмотре. По его оценке, доля сельского населения год от года сокращается, и это тревожный сигнал. Отдельное внимание уделили общественным пастбищам. Представитель Минсельхоза подтвердил, что на них должен пастись скот именно местных жителей, а контроль входит в компетенцию акимата и полиции, и пообещал рассмотреть возможность прямого запрета для юрлиц.
Учёные: закон нужен, кооперативы - снизу
Мнение учёных стало одним из самых весомых на круглом столе. Профессор, кандидат экономических наук, руководитель Департамента науки Казахского агротехнического исследовательского университета имени С. Сейфуллина Жибек Хусаинова и заместитель председателя правления НИИ экономики агропромышленного комплекса и развития сельских территорий Казахстана Галия Акимбекова (выступила онлайн) поддержали идею отдельного закона.
Жибек Хусаинова выделила два типа институциональных проблем. Первый - «институциональные ямы», когда вопрос вообще не урегулирован законом: закон о ЛПХ и их кооперативах как раз такой случай. Второй - «ловушки»: законы есть, но работают не так, например, не согласованы с Налоговым кодексом, что приводит к двойному налогообложению кооперативов. По её словам, университет в рамках научной программы совместно с институтом экономики АПК уже предложил принять специальный законопроект о ЛПХ и пакет необходимых норм. Кооператив, считает она, - не коммерческая организация: его цель не прибыль, а решение насущных проблем участников. Виноватых в сложившейся ситуации, подчеркнула учёная, искать не нужно: ни регуляторы, ни наука, ни фермеры не виноваты, усилия нужно объединить.
Галия Акимбекова привела данные анкетирования ЛПХ: главной трудностью 50% опрошенных назвали высокую стоимость кормов, ещё 48% - отсутствие доступа к субсидиям. По её наблюдению, число ЛПХ сокращается ещё и потому, что часть из них вырастает в крестьянские хозяйства, а большинство ЛПХ уже производит продукцию не только для семьи, но и на продажу. Отсюда вывод: закон должен разграничить формы. Первый уровень - семейное подворье (огород, теплица, птица), второй - кооператив из десятков и сотен семей, который берёт на себя пастбища, ветеринарию, технику, переработку и логистику, третий - рынок.
Отдельно Акимбекова выступила против принудительного создания кооперативов «сверху» по планам для акиматов: они должны появляться снизу. Она предложила запустить пилотные проекты, чтобы фермер своими глазами увидел, как работает кооператив, его риски и ошибки.
«Я не сомневался, что учёные нас поддержат», - отметил Максут Насибулов, предложив продолжить работу над законопроектом в узком кругу и использовать наработки учёных.
Что дальше?
Участники сошлись в одном: проблемы ЛПХ нельзя решить точечными мерами. Рекомендация круглого стола - внести законодательную инициативу. Максут Насибулов заявил, что предложит фракции ОСДП инициировать законопроект, а дорабатывать его предстоит вместе с правительством, учёными, жителями сёл и представителями ЛПХ. Ядро документа - комплексный закон «О личных подсобных хозяйствах и их кооперативах», который определит правовой статус ЛПХ, соберёт разрозненные нормы воедино и откроет доступ к кредитам, субсидиям и лизингу.
«Мы предлагаем не потому, что кто-то нам подсказал. Мы исходим из практики. Я сам из села», - сказал Насибулов. По его словам, закон позволит передавать землю кооперативам в доверительное управление и давать гранты на посев, чтобы сельчанин мог прокормить скот и семью, а излишки продать.
Для ОСДП это принципиальный шаг: от разговоров о нуждах села к конкретной законодательной конструкции. Ключевой вопрос теперь - готово ли государство отдать селу не только субсидии, но и ответственность, а вместе с ней землю, на которой можно заработать?
Дамир Хайдар – Пресс-служба Центрального аппарата ОСДП